Шевченко Максим
2019/12/23 в 15:18 | 2560
Симптом кризиса конструкции путинизма

Про «лубянского стрелка» надо понять главное: он является симптомом глубочайшего кризиса всей конструкции путинизма, выстраивающегося последние двадцать лет.

Той самой трещиной в плотине, тем выпавшим камушком, в который сначала потечёт вода, а потом хлынет всесокрушающий поток.

Поток бессознательной злобы и потенциального насилия, накопившиеся за несколько десятилетий в значительной части народа.

И противопоставить этому Системе практически нечего.

Запас пропаганды патриотической мобилизации Система исчерпала.

Тем более, что в теперь трудно разделить государство и «проклятых буржуев-либералов, отобравших право на жизнь в 90-е» - государство слилось с капиталом 90-х, его интересами и его хищническими повадками.

И в бессознательном миллионов «манюровых», не обладающих ни критическим, ни диалектическим, ни материалистическим, ни даже идеалистическим мировоззрением (вообще не «взирающих» на мир, а только его ощущающих) это государство и главная, самая легендарная его часть в виде «органов», оформилась как очевидное зло.

Так в сознании собаки возникает ненавистный образ человека, чесавшего за ухом, манившего колбаской, а потом бросившего и разлюбившего.

Этот Манюров не исламист, не сектант, не завербованный террорист, не направленный хитрыми врагами психопат - он воплощённый вопль социального бессознательного «молчаливого большинства».

Молчаливое большинство - это большинство населения, выкинутое на обочину жизни, придавленное социальными и экономическими обстоятельствами, загнанное в стойло унылой телевизионной периферии культуры, лишённое доступа к ресурсам и возможностям развития, унижаемое морально и психологически демонстрацией превосходства со стороны всех тех, кто имеет отношение к власти, ее обслуге и правящему капиталистическому элитному слою.

Но в отношении этой части населения власть совершила серьезную ошибку - эксплуатируя имперско-патриотическую риторику, она породила в этом затравленном «молчаливом большинстве» ощущение, что оно «встало с колен» вместе с «Великой Россией».

А потом оказалось, что с колен (на которых стояли, целуя руки мировым хозяевам и присягая им на верность) встали только бывшие партийные, комсомольские, кегебистские, шпионские и просто криминальные «элиты», а остальные «граждане великой страны» не только остались на коленях, но и им ещё и объяснили, что «так бог велит» и стоять на коленях - это «быть патриотом».

Этот герой «Нашей Раши», который перестал ругать телевизор, взял «сайгу» и пошёл сражаться с призраками своей тоски и ненависти, мстить за свою бессмысленную и тупую жизнь, не осознаёт, что ненавистная пошлая условная «Ксения Собчак» слилась в его мутной душе с государством и двуглавым орлом с щитом и мечом.

Кому мстить то?

Самый для Системы плохой сигнал в том, что «мстить» он пошёл не просто богатым, а тем, кого идентифицировал как якобы опору всей «системы несправедливости своей жизни» - жандармам.

То есть тем, про кого (в отличие от ментов, которых презирали и над которыми издевались) ещё недавно многие и подумать то боялись, кто считался если и не сверхчеловеками, то точно ребятами непростыми и загадочными.

Покров тайны сорван, черта перейдена.

Охранник из подмосковного Подольска, ватник-патриот, путинист, единорос, нодовец, мнущийся около мнящихся обывателю «центров силы» (ФСБ, ЧОП, ЧВК), утоляющий тоску своего одиночества в интимных отношениях с оружием (курсы ДОСААФ), пытающийся «научиться бизнесу» (ВШЭ) - что к этому добавить?

Только цитату из Хармса: «Но считать преступлением то, что я сел и испражнился на свои жертвы, - это уже, извините, абсурд. Испражняться - потребность естественная, а, следовательно, и отнюдь не преступная.

Таким образом, я понимаю опасения моего защитника, но все же надеюсь на полное оправдание».